Именно жизнь: знакомьтесь, Глеб

Слова о сумасшедшем ритме столичной жизни уже давно стали банальностью и штампом. Между тем, для многих из нас реальность характеризуется именно такими выражениями: бешенный ритм, стресс, усталость, каменные джунгли. Часто мы хотим что-то изменить - но решиться сложно. Об этом думал и Глеб.

Коренной киевлянин долгое время работал в Питере - а потом в один прекрасный день оставил работу и уехал в глухое село в Черниговской области. Глеб купил старый дом на хуторе Обирок, среди лесов и озер - и теперь наблюдает за природой, людьми, бытом соседних хуторов - Кациров, Прохоров, Щучьей Гребли. Ту жизнь, которой он сейчас живет, Глеб называет емко: "Именно жизнь!"

Шестое июня 2008 года - праздник моей первой редиски. Она сочная, терпкая и немного горьковатая. Моя новая соседка Аня говорит, что это хорошая закуска. Не знаю, не очень много в этом понимаю. Когда-то давно Алик Цигель учил меня пить водку и правильно закусывать. Водку мы пили перцовую, а закусывали горячей жирной пищей, которую готовили они с Диной. Где сейчас эта прекрасная пара, я не знаю, как и про большинство моих тогдашних друзей. Все поразъехались в дальние страны, устав от безденежья, безвластия и бесперспективности. Алика последний раз видел в… Тут, вероятно, должна быть дата, но я запомнил это время скорее событиями. Я работал тогда в театре Колесо.

Вечереет, я сижу в своем дворе. За спиной у меня заходит солнце, из лесу доносятся звонкие крики тётки Тамары, гонящей на Кациры коров, и действительность приносит мне радость. За последние три месяца, почти беспрерывно проведенных здесь, всё это стало понятным, привычным и родным. Как-то не видел соседей - Тамару и Степана - два дня. Вдруг осознал, что сильно соскучился. Бросил работу, побежал к ним – всё в порядке, хотя они признались, что тоже начали задумываться, куда я подевался.

Мне очень нравится эта ситуация – неожиданно оказалось, что мы четырьмя дворами образовали большую сложнозависимую систему. Я, Тамара со Степаном, Винныки и баба Женя. Сейчас я уже уверен – я влился в местный социум как равноправный житель Обырка. Несколько дней назад я ездил в Киев и крайне неуютно там себя чувствовал. Мне не нравилось всё, и я успокоился, лишь вернувшись на хутор. Домой.

Полгода назад я еще жил в Питере. Неожиданно понял, что моя жизнь стала простой и бессмысленной, сводящейся к зарабатыванию денег. Я не мог допустить, чтобы так продолжалось и дальше – это разрушало меня как личность. К счастью, у меня есть очень хороший друг - умнейший человек, моя жена, Анка. Мы долго говорили с ней о том, как можно изменить ситуацию, и нашли верное решение.

Я вернулся на Украину с супермиссией – купить дом и свить там гнездо. Времени мне отведено приблизительно до нового года, когда Анка закончит университет и вернется домой.

Мне 32, и последних 15 лет я достаточно много работал. Практически всегда – потому что так было нужно, потому что были люди, очень нуждающиеся в моей поддержке. За это время овладел большим количеством профессий. Кем я только не был – газетчиком, декоратором, осветителем, модным журналистом, даже руководил мультипликационной студией. И, похоже, очень устал.

Поэтому одним из требований к домику была его существенная удаленность от городов, сёл и, желательно, соседних домов. Поиски, по моим впечатлениям, длились долго. Я купил дом лишь в середине апреля. Менталитет сельских жителей не позволяет им продать дом первому встречному, а войти к ним в доверие за неделю, которую я проводил в селе, невозможно. Теперь я знаю это очень точно: для того, чтобы тебе поверили, нужно не менее двух месяцев постоянного пребывания. Кроме того, я был сильно ограничен финансами, а многие на Украине уже хоть чуть-чуть представляют ценность земли. Купленный в итоге дом не совсем отвечает моим пожеланиям. Признаюсь, это было не до конца обдуманное решение. Я просто очень устал от поисков и кочевания по стране и купил первый же дом, который мне реально были готовы продать. У меня всего 25 соток земли (а мог купить 60), с двух сторон мой участок граничит с соседями, а с двух других примыкает дорога. Если бы это были все его минусы – всё было бы совсем просто. Оказалось, что всё в очень запущенном состоянии. Документы на дом, которые не имеют ни малейшей юридической ценности. Печь, которую пришлось демонтировать и заняться строительством новой. Но я справлюсь и с этим.

Здесь мне все время приходиться овладевать новыми навыками. Я никогда раньше не занимался сельским хозяйством, а теперь у меня свой огород, который принес мне уже первый урожай лука, чеснока, петрушки, укропа и редиски.

Завтра я приведу в порядок свежекупленную косу, дед Степан посадит её на косовище. В ближайшие дни вычищу от хлама сарай - и можно заводить козу. Я уже попросил соседа, знающего в козах толк, присмотреть мне подходящую. С появлением козы я окончательно привязываю себя к Обырку – её нельзя бросить ни на день, никто из соседей не станет за ней следить, и она умрет. Но мне так хорошо тут, что я никуда и не собираюсь.

Меня радует солнце, светящее в окна с рассвета до заката, оставляющее восклицательные знаки на стенке туалета, аисты на поле, зайцы на лесной опушке, ветер, дождь.

Я очень счастлив, и мне хочется разделить это ощущение с друзьями, но они не слышат меня. Я пробовал звать их к себе, но выбранная жизнь крепко прикрутила ребят к рабочим местам. Я вспоминаю книжку Михаэль Энде «Момо», где были негативные серые господа, кравшие у людей время, и мне кажется, что так поступили с моими друзьями. Я говорю им об этом, но, похоже, как-то не очень понятно. Это основная причина, по которой я сел писать эти тексты. Я все еще верю, что серых господ можно победить - и готов в этом участвовать.

Сельская жизнь сильно изменила меня. Стало сложно говорить словами – я вижу в них мало смысла. Наверное, я буду просто описывать то, что тут происходит. Может быть так, медленно, я смогу передать то важное, что никак не хочет уместиться в слова.

Глеб Кантер

фото Дмитрия Кантера

ФОТОРЕПОРТАЖ