В прошлом году в эти дни все интернет-СМИ и эфиры российских телеканалов пестрили сообщениями “Умер первый президент Ельцин”. В небытие ушла неоднозначная постсоветская эпоха, с которой ассоциировался Борис Николаевич. Спустя некоторое время стало ясно – возврата России к ельцинской демократии больше нет. Страна идет в светлое будущее путинским имперским курсом – без какой-либо демократии вообще.

Ельцин многим запомнился пьяным клоуном, дирижирующим оркестром в Германии, или проспавшим выход из самолета в Ирландии. Человеком, развалившим СССР и заставившим Россию на коленях выпрашивать американские кредиты. Страну перестали уважать и боятся на международной арене. Помнится, на позицию России, выступающую против бомбежек Югославии, никто не обратил внимания. Ельцин под видом приватизации распродал крупнейшие госпредприятия и сырьевые ресурсы приближенным Березовскому, Ходорковскому, Гусинскому. О негативе правления Ельцина можно говорить еще долго. Но вот хотел ли он получить печальный итог в виде упадка России, подписывая в 1991 году договор в Беловежской Пуще? Думается, нет. Надо отдать должное первому президенту РФ: он искренне считал, что в России можно сразу получить классическую демократию. Свободу слова, влияние людей на власть, все позитивы рыночного принципа экономики. Вот только не учел специфики российской ментальности. Демократию поняли, как призыв к переделу страны. Да и сами люди, после 70 лет коммунистической системы, оказались просто не готовы к новым реалиям.

Ельцину в начале 90-х, как шишки на голову, посыпались сложнейшие стратегические задачи. Номенклатурный чиновник КПСС, отлично знающий принципы плановой экономики, не знал, как управлять этим огромным государством в рыночных условиях.

После развала СССР, россияне начали терять рабочие места, поскольку нарушилась цепочка производства. Международный валютный фонд, в обмен на кредиты, заставил в 1992 году отпустить цены в вольное плаванье - свободный рынок, все-таки. В стране началась гипертрофированная инфляция. Население не только попало на грань нищеты, но и потеряло все свои сбережения. Государству пришлось включить печатный станок. Ничем не обеспеченные рубли только подстегнули инфляционные процессы.

Потом перешли к приватизации. Ведь демократия – это право частной собственности. И начали формироваться первые олигархи, скупающие заводы и пароходы. Естественно, не обделяли и Бориса Николаевича. А что Ельцин? Как и каждый грешный человек, он хотел обеспечить материальное благополучие своей семьи.

Вскоре Ельцину пришлось бороться за сохранение места у государственного штурвала. В 1993-м взбунтовался парламент, намереваясь отправит его в отставку. Что делать? Как учили в советские времена, самый эффективный способ - давить танками.

Пошли тенденции к расколу страну. Некоторые товарищи решили самостоятельно порулить Чечней. Но там, простите, нефть – стратегическое сырье. Министр обороны успокоил: мы чеченцев порвем за пару дней, как тузик грелку. Ельцин поверил – и в 1994-м дал добро на ввод войск. Получился многолетний кровавый конфликт, не утихающий до сих пор.

Ностальгические чувства Бориса Николаевича по братьям-славянам сослужили в свое время хорошую службу Украине. Ведь долгое время газ и нефть действительно продавалась по ценам ниже рыночных, позволяя подняться на ноги нашей промышленности. Зарабатывали мы на реэкспорте российского топлива в Европу. Трудно поверить, чтобы подобное допустил Путин.

Именно Ельцин парафировал в 1997 году Большой договор о дружбе, отказавшись от притязаний на Крым. Естественно, Украине приходилось адекватно расплачиваться за ельцинкое хорошее отношение. Аренда баз Черноморского флота за символическую плату и продажа россиянам НПЗ – тому подтверждение.

В самой же России Ельцин не видел (или не искал) выхода из экономического тупика. На перевыборах 1996 года повторно стать президентом удалось только благодаря умелой работе технологов и миллионным вливаниям российских олигархов. Премьер-министры менялись, а инфляция не прекращалась. Структурные реформы провести так и не получалось. Экономический кризис августа 1998 года вновь нанес ощутимый удар по населению, вызвав стремительный рост цен. Ельцинская власть окончательно расписалась в своем экономическом бессилии.

Бориса Николаевича все больше видели пьяным. Президента России стало стыдно показывать за рубежом. Из бодрого реформатора Ельцин вскоре превратился в глубокого старика, из уст коего с телеэкранов раздавался иногда полный бред..

Долго подобный беспредел во власти продолжаться не мог, ибо в политике, как в природе: место старого и слабого вожака всегда готовы занять молодые и агрессивные. В 1999-м, благодаря усилиям спецслужб и военного лобби, Ельцина “ушли” на почетную пенсию. Заменив на “темную лошадку” Владимира Путина. За добровольную отставку Ельцину пообещали оставить все семейные капиталы, госдолжности для его людей и статус “отца российской демократии”. Пришлось согласиться. И под бой новогодних курантов прозвучали знаменитые “Я устал, я ухожу…”.

Методы Путина кардинально отличаются от ельцинских времен. Никакой свободы слова, максимальное укрепление госкорпораций, урезание прав частного бизнеса. Создание мощной армии и использование “газовой дубинки” для продавливания своих интересов. Никаких слез и дотаций бывшим братским республикам, а только прагматичные отношения на экономической основе. Можно ли это назвать демократией? Вопрос риторический. Но было ли лучше при демократии Ельцина - тоже вопрос спорный.

Как бы там ни было, именно с Ельциным историки будут связывать развал монстра СССР и смерть коммунистической системы. А стать настоящим лидером нового государства – это дано, к сожалению, не каждому политику.

©Дмитрий Корнейчук
Специально для «Инфопорна»

фото отсюда

Обговорити статтю на Форумі »»