Кровавая трагедия ноября 2007 года может повториться в любой момент

Что важнее - миллионные прибыли от продажи угля или человеческие жизни? Действия неформального руководителя шахты «Засядько», нардепа от Партии регионов Ефима Звягильского показывают: важнее деньги. С 1999 года на шахте погибло 286 человек, около 300 получили тяжелые травмы. В среде горняков шахта прочно ассоциируется со словом «смерть».

Уголь на крови

Взрыв 18 ноября, прозвучавший на 13-й восточной лаве, приковал к шахте внимание всей Украины. Число жертв (101 человек) стало «рекордом» в отрасли. Ранее печальную пальму первенства держала шахта им. Баракова (Луганская область), на которой в 2000 году погибли 80 горняков.

Сразу после взрыва добыча угля на шахте была полностью запрещена. Но запрет владельцев не смутил.

Пожар в 13-й восточной лаве продолжали тушить, а на остальных лавах тем временем неофициально добывали уголь. Хотя, почему неофициально – шахта исправно направляла статистическую информацию в Минуглепром. Министерство эти данные не афишировало - вице-премьер по ТЭК Андрей Клюев утверждал, что на шахте проводятся только спасательные работы.

1 и 2 декабря на шахте прозвучали два взрыва, унесшие жизни 5 горноспасателей и травмировавшие более ста шахтеров. Общественности бросили отговорку: мол, спасательные работы проводились по правилам, но непредсказуемая подземная стихия преподнесла «сюрприз».

Специалисты-горняки придерживаются иной версии. Перемычки в штреках, которыми тогда изолировали участок с бушующим пламенем, специально разместили слишком близко - зная, что нарушают нормы безопасности. Все это наводит на мысль: руководству «Засядько» уж очень хотелось сохранить для дальнейшей разработки как можно большую часть 13-й лавы. Толщина угольного слоя там составляет 1,5 м. Таких лакомых запасов в Украине немного.

В погоне за заветной бумажкой

В то же время Звягильский старался решить главную задачу - получить официальное разрешение на добычу угля из двух основных лав и немедленно начать восстановительные работы в 13-й. Во время декабрьского визита в Донецк премьера Тимошенко созвали совещание. Представители шахты и местные власти в унисон рассказывали: все меры безопасности соблюдены – можно опять добывать уголь. Никто и не заикнулся, что шахта по-прежнему работает.

Тимошенко потребовала назвать настоящие причины аварии и составить список людей, ответственных за смерть горняков. А условием возобновления добычи угля должен был стать список мероприятий по безопасности работ в шахте. Подготовить нормативные требования обязали Минуглепром и Госпромнадзор.

В январе 2008-го правительственная комиссия составила список основных рекомендаций для «Засядько» из 15 пунктов. Далее началась поистине детективная история. На следующий день после подписания документа с «Засядько» отрапортовали - все предписания по безопасности выполнены. В Донецк прибыла комиссия экспертов, разрешившая запуск угледобывающих работ.

Насколько Звягильский «позаботился» о судьбах своих работников, показывают результаты проверок шахты. За январь-февраль на «Засядько» обнаружено более 1000 нарушений норм безопасности. Из них 102 касались чрезмерной концентрации метана и угольной пыли вследствие плохой вентиляции. Если бы вовремя не заметили контролирующие органы, могли бы прозвучать очередные взрывы.

Концы в воду спрятать не удалось

Помимо лоббирования де-юре открытия работ на шахте, Звягильский старался запутать расследование взрыва. К расследованию на этот раз подошли намного серьезней, чем ранее. Звягильскому срочно пришлось пойти на ряд уловок.

Во-первых, в шахте постарались замести следы причин трагедии. Так, комиссия экспертов, призванная исследовать место взрыва, обнаружила, что в 13-й лаве полным ходом ведутся восстановительные работы. Точно определить первопричины взрыва было уже невозможно.

Во-вторых, постоянно муссировалась информация - на «Засядько» одни из лучших норм дегазации в мире. Если везде 65-70%, то на 13-й лаве якобы 89-91%. Правда, проверить подобное утверждение уже нельзя – взрыв уничтожил все оборудование.

Именно Звягильский начал раскручивать в прессе выгодную ему версию причины взрыва. Мол, подземная стихия такова, что, даже выполняя все меры безопасности, от трагедий никто не застрахован. Однако возникает резонный вопрос: если в Украине более 30 шахт работает на такой же глубине, то почему эти неизведанные процессы проявились только на «Засядько»?

В середине января, приняв во внимание доводы экспертов, правительственная комиссия вынесла вердикт. Причиной взрыва 18 ноября назвали халатность в контроле над содержанием взрывоопасных газов и эксплуатацией электрооборудования. Впервые в список 11 виновных за трагедию попал топ-менеджмент шахты, а не «мелкие сошки», как было раньше.

Сам Звягильский, в список обвиняемых не попавший по причине формальной непричастности к управлению «Засядько», называет выводы комиссии фальсификацией. Дескать, кто-то хочет с ним лично поквитаться. И упорно продолжает озвучивать идею о неизведанной подземной стихии.

Задача государства –жизнь шахтеров

К сожалению, одной борьбы Госпромнадзора с Минуглепромом за безопасность угледобывающих работ недостаточно. Стоит сменить главу комитета или министра на «нужного человека» – и вновь на гибель шахтеров начнут закрывать глаза, в погоне за углем запустят взрывоопасные лавы. Ведь что там какие-то десятки тысяч семьям погибших (выплачиваемых, кстати, государством) по сравнению с ежегодными миллионными прибылями.

У государства есть две возможности наконец-то положить конец гибели людей на «Засядько».

Вариант №1. Наказать виновных

Звягильский будет вкладывать в безопасность шахты необходимые деньги только в том случае, если увидит: за гибель каждого шахтера его топ-менеджмент постигнут уголовные дела.

Вариант №2. Изменить форму собственности на шахте

У шахты должен был конкретный владелец, знающий - за смерть шахтеров его ждет наказание. Или вообще потеря предприятия.

В Украине существует два вида шахт – частные и государственные. И только на «Засядько» уникальная ситуация. Всем в Донецке известно, что владельцем шахты является Ефим Звягильский. Однако официально «Засядько» - арендное предприятие. На практике это позволяет Звягильскому получать бюджетные дотации, а прибыль класть себе в карман. Кроме того, полубюджетный статус частично гарантирует «неприкасаемость» от контролирующих органов. А проверять есть что. По данным Госпромнадзора и Контрольно-ревизионного управления, руководство шахты тратит на безопасность угледобывающих работ в 4 раза меньше минимума, предусмотренного законом.

Формальный собственник в виде трудового коллектива позволяет Звягильскому избежать ответственности в случае человеческих жертв. И каждый созыв Верховной Рады оставаться депутатом, де-юре не нарушая антикоррупционное законодательство, запрещающее народным избранникам заниматься бизнесом.

Для «Засядько», уверены эксперты, наиболее оптимальной станет частная форма собственности. Стоит провести открытый процесс приватизации, отдав шахту наиболее заинтересованному инвестору. Не суть важно – будет ли это иностранная компания или тот же Звягильский, готовый наконец действовать открыто, а не через третьих лиц.

В качестве положительного примера можно привести приватизированные «Павлоградуголь» и «Краснодонуголь». Там о человеческих жертвах давно уже забыли, поскольку значительно усилены нормы безопасности при добыче угля.

Простые же донецкие шахтеры не верят, что Звягильского кто-то заставит больше платить или обеспечивать их безопасность. И каждый день отправляются в забой «шахты смерти», не зная, увидят ли снова семьи. Поможет ли этим своим гражданам государство сохранить жизни или способно только цинично оплачивать гробы и откупаться подачками от плачущих детей, потерявших кормильцев – вопрос риторический.

©Дмитрий Корнейчук
Специально для «Инфопорна»

фото отсюда

Обговорити статтю на Форумі »»